Все в деревне ей знакомы и приятели

все в деревне ей знакомы и приятели

Ты бы ей сказал, что в конце июля соловьи уже не поют. Вот еще, - продолжал Вася, - на даче все друг с другом знакомы. Бегали в деревню и обратно. Супруга приятеля и сестра моя проходили мимо меня как-то особенно. Да нет, это мы так, временно! Мы квартиру снимаем в деревне у хозяйки этого ресторана. Скажи ей, что мы только пиводопьём и быстро всё до конца разгрузим! Вот, а она нам продуктов Так вы с господином Филатенко ещё не знакомы? Глеб внимательно наклонился к приятелям. – И он вам ничем не. Больно!» Хотя собака полностью доверяла моей жене, но всетаки ей голову, ходила кругами, все пыталась рассмотреть, что там творится в ящике . у кого из моих старинных приятелей уже есть дети: Исихама Кинсаку, Жена еще не была знакома с ними, и я сказал, что мы должны ДЕРЕВНЯ. Когда.

Особенно новейшая словесность была ему незнакома: Это, по-моему в высшей степени несправедливо. Вы какого о нём мнения? Ну, помилуйте, что хорошего в этой ежедневной жизни, здесь, на земле… И Софья Кирилловна провела рукой вокруг. Борис Андреич значительно посмотрел на Софью Кирилловну. Софья Кирилловна внезапно засмеялась каким-то резким смехом, а Петр Васильич так же внезапно поднял голову, подумал и опять принялся курить.

Разговор продолжался в том же роде, как начался, до самого обеда, беспрестанно переходя от одного предмета к другому, чего не случается, когда разговор становится действительно занимательным. Между прочим, речь зашла и о браке, о его выгодах и невыгодах, и о положении женщин.

Софья Кирилловна сильно восставала против брака, пришла, наконец, в волнение и, почувствовав жар, выражалась очень красноречиво, хотя собеседники её ей почти не противоречили: Она также умела кстати прибегнуть к украшениям новейшего слога.

А мужчине она, по-вашему, нужна? На что она, эта хвалёная свобода, человеку? Впрочем, я должна быть благодарна вашей скуке за то, что имею удовольствие видеть вас сегодня у себя… И, довольная ловким оборотом своей фразы, хозяйка слегка закинулась назад и произнесла вполголоса: Петр Васильич посмотрел в глаза Софье Кирилловне и ничего не ответил ей, а только подумал про себя: И все перешли в столовую.

Обед не понравился гостям. Петр Васильич встал из-за стола голодный, хотя блюд было много; а Борис Андреич, как гастроном, остался недоволен, хоть кушанья приносились под жестяными колпаками и тарелки подавались гретые.

Вина тоже оказались плохими, несмотря на великолепные, золотом и серебром украшенные ярлыки на бутылках. Борис Андреич пожелал чаю и, выпив свою чашку, внутренне сожалел о том, что не попросил кофе; а Петр Васильич пожелал кофе и, выпив свою чашку, спросил чаю, отведал и поставил чашку обратно на поднос.

Хозяйка уселась, закурила папироску и, по-видимому, не прочь была затеять самую оживлённую беседу: Но гости отвечали вяло на её бойкие речи, занимались больше куреньем и, судя по взорам их, внезапно устремлённым в углы комнаты, думали об отъезде.

Впрочем, Борис Андреич, вероятно, согласился бы остаться до вечера: Но Петр Васильич явно торопился домой. Он встал, вышел в переднюю и приказал заложить лошадей. Когда же, наконец, оба приятеля стали прощаться, а хозяйка начала их удерживать и любезно выговаривать им, что они так мало посидели у ней, то Борис Андреич нерешительным наклонением своего стана и осклабленным выражением лица показывал по крайней мере, что упрёки её на него действуют; но Петр Васильич, напротив, то и дело бормотал: Софья Кирилловна взяла с них, однако, слово, что они на днях опять посетят её, и сама протянула им руку для английского Shakehands [1].

Борис Андреич один воспользовался её предложением и довольно-таки крепко пожал её пальцы. Она прищурилась и улыбнулась. В это мгновенье Петр Васильич уже надевал в передней шинель в рукава. Коляска не успела ещё выехать из деревни, как он первый нарушил молчанье, воскликнув: Конечно, если б только для того, чтобы, например… Но ведь я с какою целью желал вас с нею познакомить? Борис Андреич не отвечал.

И без моих слов все увидят. И притом, какая она хозяйка? Чуть с голоду не уморила. Нет, по-моему, будь развязная, будь начитанная, коли уж так тебя повернуло, будь с бонтоном, но будь хозяйка прежде. Нет, не то, не то, не того вам. Этими красными жилетами да колпаками на блюдах вас не удивишь. Приятели поздно вернулись домой. Уходя от Бориса Андреича, Петр Васильич взял его за руку и промолвил: И Петр Васильич удалился.

Целая неделя прошла опять обыкновенным порядком, с тою, однако, особенностью, что Петр Васильич отлучался куда-то на целый день. Наконец, в одно утро явился он, опять одетый по-праздничному, и опять предложил Борису Андреичу съездить с ним в гости. Борис Андреич, который, как видно, ожидал этого приглашения с некоторым нетерпением, беспрекословно повиновался. Со времени их поездки к Софье Кирилловне зима успела стать.

Старик служил полковником и прекрасный человек. Жена его тоже прекрасная дама.

все в деревне ей знакомы и приятели

У них две дочери, чрезвычайно любезные особы, воспитаны отлично, и состояние. Не знаю, какая вам больше понравится: Но обе могут за себя постоять. И, по милости ли этого воспоминания, по другой ли какой причине, черты его лица приняли на некоторое время вид разочарованный и скучающий.

Я такого имени отроду не слыхал… и ещё Калимоновной. До Тиходуевых было тоже вёрст около двадцати пяти, как до Софьи Кирилловны; но старинная усадьба их нисколько не походила на щёгольской домик развязной вдовы. Это было неуклюжее строение, просторное, и пространное, какая-то масса тёмного тёсу, с тёмными стёклами в окнах.

Впечатление, производимое внутренностью дома, тоже не могло назваться весёлым: Приятели велели доложить о себе; их провели в гостиную. Хозяева встали им навстречу, но долгое время могли приветствовать их только знаками и телодвижениями, на которые гости, с своей стороны, отвечали одними улыбками и поклонами: Кое-как, хлопаньем по воздуху носовыми платками и другими средствами, успокоили разъярившихся собачонок, а одну из них, самую старую и самую злую, вошедшая девка принуждена была вытащить из-под скамейки и унести в спальню, причём потерпела укушение в правую руку.

Петр Васильич воспользовался восстановившеюся тишиной и представил Бориса Андреича хозяевам. Хозяева объявили в один голос, что очень рады новому знакомству; потом Калимон Иваныч представил Борису Андреичу своих дочерей, называя их Поленькой и Эменькой. В гостиной находились ещё две женские личности, уже немолодые: Калимой Иваныч был человек лет пятидесяти пяти, высокий, плотный, седой; лицо его не выражало ничего особенного: Жена его, маленькая, худая, с изношенным личиком, с накладкой красноватых волос под высоким чепцом, казалась в вечной тревоге; в ней замечались следы давно прошедшего жеманства.

Из дочерей одна, Пелагея, черноволосая и смуглая, глядела исподлобья и дичилась; другая, напротив, Эмеренция, белокурая, полная, с круглыми красными щеками, с маленьким, съёженным ротиком, вздёрнутым носиком и сладкими глазками, так и выдавалась вперёд; видно было, что обязанность занимать гостей лежала на её ответственности и нисколько её не тяготила. На обеих сёстрах были белые платья, со вздымавшимися от малейшего движения голубыми лентами.

Голубое шло к Эмеренции, но не шло к Поленьке… да вряд что-нибудь могло идти к ней, хотя её нельзя было назвать некрасивой. Гости уселись; хозяева предложили им обычные вопросы, произносимые с тем приторным и натянутым выражением лица, которое является у самых порядочных людей в первые мгновения разговора с новым знакомым; гости возражали таким же образом. Всё это производило довольно тягостное впечатление.

Звук этот взволновал одну шавку, и она залаяла; но Эмеренция тотчас нашлась и, приласкав её, успокоила. Та же самая девица сумела оказать другую услугу своим несколько уже потерявшимся родителям: Дело скоро пошло на лад; завязалось общее прение, в котором одна Поленька не принимала участия. Она с упорством глядела на пол, между тем как Эмеренция даже смеялась, грациозно приподняв одну руку, и в то же время так держалась, как будто хотела сказать: Она смеялась, придавая смеху своему сладостную растянутость, хотя Борис Андреич сначала не произносил ничего особенного; она смеялась потом ещё более, когда Борис Андреич, поощрённый успехом слов своих, начал действительно острить и злословить… Петр Васильич тоже смеялся.

Вязовнин заметил между прочим, что он страстно любит музыку. Услышав своё имя, Поленька вспыхнула и чуть не вскочила с места, а Эмеренция скромно потупила. Но Петр Васильич, как человек положительный, тотчас обратился к самой хозяйке.

У ней была привычка, общая многим матерям, отдавать приказы или делать наставления своим детям при других людях на французском диалекте, хотя бы те люди и понимали по-французски. И это было тем более странно, что сама она довольно плохо знала этот язык и произносила дурно.

А у Поленьки контроальт. Голос её действительно походил больше на бас, чем на контральт. Обе девицы подошли к фортепьяно. Поленька подняла крышку, положила тетрадку рукописных нот на пюпитр и села, а Эмеренция стала подле неё, едва заметно, но мило рисуясь под устремлёнными взорами Бориса Андреича и Петра Васильича и по временам поднося платок к губам.

Слова она произносила невнятно, но по иным носовым звукам можно было догадаться, что она поёт по-итальянски. Это, однако же, не помешало Борису Андреичу изъявить своё удовольствие и сказать Эмеренции комплимент; а Петр Васильич, повторив раза два: Калимон Иваныч подтягивал ей и подтопывал, а Петр Васильич пришёл в совершенный восторг.

Теперь я вижу, что вы имели право назвать себя охотницей и мастерицей! Но Поленька тотчас захлопнула фортепьяно, а Эмеренция объявила, что она устала. Борис Андреич почёл за нужное повторить свой комплимент. Просто все пальчики мне перецеловал… Но где здесь учиться? Она бы не подпрыгнула, если б не было гостей. А Борис Андреич направился к Поленьке. Поленька ничего не отвечала, только покраснела до самых ушей.

Глаза Поленьки беспокойно забегали. Вязовнин подождал её ответа; ответа не. Разговор между ними длился недолго.

Два приятеля (Тургенев)

Обед был русский, без затей, но сытный и Петру Васильевичу гораздо более пришёлся по вкусу, чем ухищрённые яства вдовы. Подле него сидела Поленька и, победив, наконец, свою робость, по крайней мере, отвечала на его вопросы. Зато Эмеренция так усердно занимала своего соседа, что ему, наконец, пришлось невмочь. Не нравилось ему также и то, что она беспрестанно говорила о самой себе, с чувством доверяя ему самые мелкие подробности своей жизни; но, как человек вежливый, он нисколько не обнаруживал ощущений своих, так что наблюдавший за ним через стол Петр Васильич решительно не мог отдать себе отчёта, какого рода впечатление производила на него Эмеренция.

После обеда Калимон Иваныч внезапно погрузился в задумчивость, или, говоря прямее, слегка осовел; он привык спать в это время и, хотя, заметив, что гости собираются уехать, несколько раз промолвил: Пелагея Ивановна, напротив, тут-то и оживилась и с особенной настойчивостью удерживала гостей.

Эмеренция усердно помогала ей и всячески старалась уговаривать их остаться; даже Поленька сказала им: Mais, messieurs… [8] Петр Васильич не отвечал ни да, ни нет и всё поглядывал на своего товарища; зато Борис Андреич вежливо, но твёрдо настоял на необходимости возвратиться домой. Словом, дело вышло наоборот тому, как оно происходило при прощании с Софьей Кирилловной. Дав слово вскорости повторить своё посещение, гости наконец удалились; приветливые взоры Эмеренции сопровождали их до самой столовой, а Калимон Иваныч вышел даже в переднюю и, посмотрев, как проворный слуга Бориса Андреича закутал господ в шубы, навязал им шарфы и натянул на их ноги тёплые сапоги, вернулся в свой кабинет и немедленно заснул, между тем как Поленька, пристыженная своею матерью, ушла к себе наверх, а две безмолвные женские личности, одна в чепце, другая в тёмном платочке, поздравляли Эмеренцию с новой победой.

Борис Андреич улыбался про себя, заслонённый от Петра Васильича приподнятым воротником енотовой шубы, и ждал, что-то он скажет. Но на этот раз в голосе его замечалась какая-то нерешительность, и он, силясь взглянуть на Бориса Андреича через воротник своей шубы, прибавил вопросительным голосом: Чего недостаёт этой девице?

Если вы говорите насчёт образованности, то разве это худо? Эта приторная любезность, это постоянное самообожание, это скромное убеждение в собственных достоинствах, эта снисходительность ангела, смотрящего на вас с вышины небес… Да что и говорить!

Уж если на то пошло и в случае необходимости, я в двадцать раз охотнее женился бы на её сестре: Внезапная выходка Бориса Андреича его озадачила. Поэтому, Глаше кажется, что нельзя на могилах позировать. Пушкин бы, наверное, сам посмеялся над нами, большой был насмешник, учительница рассказывала Глаша дернулась и открыла.

Два приятеля (Тургенев) — Викитека

Кажется, чуть не уснула! Собачка тихо посапывала под боком, прерываясь на вздохе! Бедный, наверное, хозяйка снится, а может страшный зверь, от которого сбежал Глаша тихонько погладила морщинки на собачьем лбу и поцеловала между бархатными ушками. Крестная рассказывала, что у породистых собак даже морщинки, или бородавки должны быть расположены в определенном порядке и количестве. Имя таким собакам выбирают на букву, которую присваивают при рождении всему потомству.

И если щенок теряется, то по возрасту и имя в клубе могут определить, и кто его родители и хозяева. Имя должно быть кратким, собаки и кошки реагируют на три-четыре первых звука. Завтра Глаша начнет перечислять по алфавиту короткие имена и проследит: И хозяев твоих найдем, малыш!

А если, не найдем, - с нами будешь жить, в городе. Бабушка у нас добрая, такую вкусную кашку тебе утром сварит, уж я то знаю! Дедушка будет с тобой играть и заниматься, пока я в школе, чтобы ты не скучал и развивался.

Я с тобой всегда гулять буду, утром и вечером. А в выходные с мамой вместе в парк пойдем: Зато летом к Пломбиру в гости приедем, вкусностей разных навезем, а то он загрустил что-то Все будет хорошо, маленький! Все-то у нас будет хорошо Сон Дориана ориану приснилось, что он на даче играет с охранниками Толей и Мишей в летающую тарелку.

На террасе за столом сидит мама, она работает на ноутбуке и пьет горячий ароматный кофе. Запах кофе вошел в жизнь Дориана с первым вздохом. Если, просыпаясь утром, он чувствовал тонкий, струящийся внутри ноздрей аромат, все в нем отзывалось благостным расслаблением: На площадке для гостей стоят накрытые к ужину столы, возле них дежурит бармен в белой куртке и полотенцем отгоняет случайных насекомых: Дориан, тявкая, мечется по утрамбованной площадке, изредка вылетая на альпийский лужок или клумбу с диковинными растениями.

На очередном повороте ему вдруг приходит в голову мысль о "без башенности" такой беготни и лая, он притормаживает напротив охранника Толи и вдруг видит вместо него - черный пульсирующий силуэт, внутри которого не рассмотреть лица, галстука, пиджака: Рука силуэта тянется к Дориану и пытается схватить его за шкирку!

Дориан рвется на террасу, но ноги его почему- то не слушаются и голос беззвучен. На террасе за столом вместо мамы сидит кот Пломбир, бьет одной лапой по клавиатуре, а в другой держит чашечку с дымящимся кофе. Брезгливо отставив руку, Миша несет тело Пломбира, очевидно, на помойку. У Дориана щиплет глаза, он забывает об опасности, грозящей ему от черного силуэта, напрягшись, отрывает ноги от земли и спешит проводить несчастного в последний путь!

Над столами с едой у поверженного незваного гостя приоткрывается желтый глаз, обвисшая лапа молниеносно хватает кусок сочной форели, а через мгновение обмякшее тело кота летит через двухметровый забор к каким-то своим кошачьим родственникам. Дориан тихо радуется, веря в чудесное освобождение, но тут Толин силуэт настигает его, хватает и тоже швыряет через высокий забор Но Дориан не падает, а тихо парит над светлой лужайкой со множеством цветов, бабочек и Пломбир протягивает лапы навстречу Дориану, он зажмуривает глаза и Осторожно, чтобы не разбудить собачку, она повернулась и увидела два карих глаза, смотревших на нее вежливо и осмысленно.

Ты уже проснулся и лежишь тихонько, чтобы не мешать? Собачка приподняла тяжелую голову и шевельнула хвостом. Дориан присел и попытался повертеть задом, выражая свое согласие, но в результате затряслись щеки.

Пойдем, я тебя выведу, а потом поедим. Глаша опять выскочила из дома в ночной рубашке, но она очень боялась, что Даня не успеет добежать до ближайших кустов.

На скамейке у вишни сидел Пломбир, аккуратный, подтянутый, подчеркнуто отстраненный А собачку - Даней зовут, познакомься! Пломбир посмотрел на озабоченного Дориана, неуклюже вывалившегося из сеней через ступеньки на улицу.

Пожалуй, рановато знакомить местных жителей с этим пятнисто-зеленым, как колодезная лягушка, чудом: Дориан затопал за Глашей и скрылся среди травы в цветущей полянке. Глаша принесла из дома ковш с колодезной водой, тюбик с пахучей пастой, издали похожей на сметану, но абсолютно не съедобной, мыльницу с невкусным мылом, и все это взгромоздила рядом с Пломбиром, у него на мгновение даже нос перестал дышать от перенасыщения ароматами.

На вишневых ветках Глаша развесила яркие большие и маленькие полотенца. Зубы она чистила с такой яростью, что Пломбиру иногда казалось: Умывание лица так же сопровождалось непонятным ожесточением и брызганьем, пришлось Пломбиру спрыгнуть с нагретого места. Мудра природа и стремится к совершенству: Шерсть у них пушистая, блестящая - никакого мыла не надо, от него только глаза щиплет. Глаша однажды пыталась Пломбира жидким мылом из красивой бутылки помыть, так Пломбир потом с одним закрытым глазом полдеревни пролетел за секунду, думал, не увидит уже больше света белого!

Хорошо, Андрей успел плеснуть ему вслед ведро воды: Из травы выскочил, если можно так сказать, Дориан! Из разрисованных складок сложилась довольно симпатичная мордаха: Оказывается, это он за кузнечиком поспевает, не видел что ли никогда? Пломбир подпрыгнул, перехватил насекомое и едва увернулся от рассекающего воздух Дориана: Идемте завтракать, все готово.

Пломбир, как старший, шмыгнул первым, в один момент опытным взглядом зафиксировал миски, и не без уважения, отметил, что сосисок нарезано горкой почти одинаково. Дориан Даня подошел к свободной миске, взглянул на Глашу, закрыл глаза, принюхался, вздохнул о чем-то своем, заветном, и одним звуком слизнул содержимое. Открыл глаза, взглянул на Глашу и осел меховым рюкзачком возле пустой посуды.

Глаша застыла с ложкой, а у Пломбира качнулся под ногами пол! Ты что, не наелся? Голос у Глаши слегка дрогнул. Она помедлила, рванула к холодильнику и достала бидон со вчерашним молоком.

Пока этот сундук лапчатый насытится, - все по миру пойдем! Глаша налила в миску тяжелого холодного молока, накрошила до верха остатки белой булки: Даня подошел, задержал на секунду задумчивую морду над булочной кипенью, вздохнул, чавкнул два раза, взглянул на Глашу и сел Глаша, молча, взяла со стола два куска сыра, достала овсяные хлопья, ссыпала их в миску, накрошила печенье, залила все остатками молока, положила на недоеденные оладьи сыр: У Пломбира, впервые в жизни, глаза превратились в вертикальные эллипсы.

Теперь уж точно лопнет! Даня аккуратно, стараясь не брызгать, доел содержимое миски, вздохнул, поместил в рот два бутерброда из оладьей, сделал жевательное движение, сглотнул Мягко подошел к замершей Глаше, лизнул шершавым языком икру и сел рядом, как подарок от фирмы.

На тонкий плетеный поясок закрепила кожаный кошелечек ручной работы, тоже украшенный бусинами. Выкатила из сеней компактный велосипед с толстыми шинами. Ждите меня в сенях или на улице! Ты старший, никуда не ходите, я скоро вернусь! Повязав на шею Дане яркий поясок от халата, Глаша закрепила на нем бумажку с именем "Глаша", чтобы в деревне знали, кто хозяин собачки.

Сев на велосипед, она махнула рукой и скрылась в утреннем мареве. Дорога до села Яхно, где были магазин, аптека, фельдшерский пункт и ночная дискотека, длиной примерно километра четыре, желтая с засохшими рытвинами, тянулась вдоль тихого деревенского погоста, мимо старых, смоленых сосен, тонкими тропками змеилась к черничникам.

Глаша приметила на ходу влажные земляничные ягоды под шершавыми листьями, но решила не останавливаться, собрать на обратном пути. Нет ничего вкуснее лесной земляники с холодным деревенским молоком, если, конечно, не съесть ягоды сразу!

Успев и в аптеку, и в магазин, в котором приобрела мясные консервы с блеклой этикеткой, обещающей куски говядины в собственном желе, Глаша, в одной руке держа пакет с чипсами, другой медленно руля по утрамбованной сельской дороге, прикидывала, что еще можно, по случаю, приобрести в культурном центре.

Случайно она опознала местное почтовое отделение, располагающееся в маленьком деревянном домике, похожем на те, которые ставят в городе на детских площадках. Криво приклеенное, выцветшее от дождей или на солнце объявление о графике работы содержало две всего строки. Глаша заказала телефонные переговоры с Питером, трубку взяла бабушка, и Глаша сразу закричала так быстро, чтобы бабушка не успела испугаться: У меня все хорошо!

Глаша, окрыленная удачным телефонным разговором, своим ответственным поведением и оценивающим взглядом летней блондинистой телефонистки, крутанула педали и помчалась навстречу подстерегающим случайностям! Примеченное у дороги место нашла.

все в деревне ей знакомы и приятели

Прислонила велосипед к ближайшему дереву, чтобы не было видно со стороны дороги, и внаклонку, не разгибаясь, принялась обирать земляничную гряду. Ранее, очевидно, здесь не ступала ничья нога: Или эту россыпь не каждому дано видеть, и в этом тайная забава природы, ее игра, ее "секрет".

Глаша тоже иногда делала свои "секреты": Я тебе свой "секрет" покажу! Присядут девчонки на корточки, голова к голове, и затаив дыхание, рассматривают неповторимые загадочные узоры, обмирая от таинства посвящения Можно с тобой рядом побродить? Глаша распрямилась и остолбенела: В черных джинсах, в черной футболке, в черных стильных очках и с ершиком светлых волос на узнаваемой голове. Улыбнулся, сделал шаг вперед: А ягод здесь больше нет! И имя у тебя красивое! Шоу-мен опять улыбнулся и сделал еще шаг.

Глаша почувствовала запах мужского парфюма. И вдруг отчетливо поняла, что ей грозит непознанное и страшное, поняла каждой клеточкой своего тела, и этот пещерный испуг включил ее сознание и инстинкты. Придав лицу выражение фанатки, она резко рванула к велосипеду, выдернула его на дорожную утрамбованную пыль и почти что унеслась от беды, но лже-Демидов, прыжком, перегородил ей дорогу и ухватился одной рукой за руль.

Я просто хочу поговорить, пообщаться Ты, что, боишься меня? Девочка, я разве похож на маньяка? Я журналист, брожу по пушкинским местам, встречаю прекрасную незнакомку по имени Глаша, а ты дичишься, словно крестьянка крепостная Лже-Демидов отпустил руль, но сразу взял Глашу за правую руку, выше локтя. Никогда в жизни она уже не забудет этого ощущения от сомкнутого кольца холодных жестких пальцев. Из-за поворота, с ученым выражением на морде, как в кукольной театральной постановке по "Сказкам Пушкина" появился кот, а за ним - то ли леший, то ли невиданный зверь!

Пломбир присел, вытаращив. Даня опустил бугристую голову, сгустил надбровные складки и исторгнул, обнажив клыки, зловещий рык. Лже-Демидов обернулся и, скорее, от изумления, чем от испуга ослабил на мгновение сжатые пальцы. Глаша, левша по призванию, рванула руль, и через мгновение уже летела за поворотом, продолжая, на истерике, выкрикивать: Прогулка лаша села на велосипед, махнула рукой и скрылась в утреннем мареве.

Пломбир пробуравил Дориана желтыми глазами: А озеро - это Много воды, вокруг - берега Там один берег, длинный с сырым песком и водорослями, в них ракушки попадаются. У нас дача на берегу, мы там с ма Гулять надо с кошкой! Они все дома сидят. И зачем мне кошка? Это же граница, территория, охрана Ни кошек, ни собак! Вроде, на одной земле живем, а друг друга не понимаем! Пойдем, я тебе покажу такое Никакая охрана с наполнителями не справится! Дориану кошки были не интересны даже в познавательных целях: Увидев Дориана, она зашипела, запрыгала по креслам и головам хозяев, забралась на высокий шкаф и издавала оттуда такие истошные, пронзительные звуки, что мама с папой ушли при первой возможности.

И Дориан с ним согласился! Пломбир с Дорианом вышли на деревенскую дорогу, полную мягкой теплой пыли. Идти было легко, свежий ветерок с озера сдувал мошкару и холодил бока. Дориану впервые показалось, что его живот - подтянут, лапы - сильны и упруги, спина - прямая и жесткая.

Скосив глаз на Пломбира, он вынужден был признать, что кот двигался с необыкновенной грацией, дикой и привлекательной. Пломбир вдруг замер и мурлыкнул не раскрывая рта: Навстречу им с пригорка спускалась женщина в воздушном платье и шляпке из итальянской соломки с искусственными цветами. На руках у нее сидела, поблескивая синим глазом, сиамская кошка. Боже мой, какая прелесть!

Такая маленькая собачка, а уже настоящий шарпей! Какой окрас, какая порода! Женщина приблизилась к застывшей паре. Высокий, с сюсюкающими нотками голос буравил прозрачную тишину: Шея и гибкая спина кошки заметно напряглись Вот я тебя сейчас!. Пломбир столбиком плотно уселся посередине дороги.

Женщина сделала еще шаг и наклонилась, одной рукой прижимая кошку, а другой пытаясь нашарить какой-нибудь твердый предмет. Перед глазами Дориана оказались бледная в синих прожилках лодыжка, большой влажный рот, и подрагивающий длинный темный кошачий хвост Из глубины собачьей груди толчками, раздражая горло, поднялся плотный комок воздуха, приподнял верхнюю губу и с рыкающим звуком вырвался наружу! Женщина взвизгнула и отдернула руку.

Кошка метнулась ей на плечо, вцепилась четырьмя лапами в волосы под соломенной шляпкой, и гортанный вопль окончательно заглушил пасторальную мелодию деревенского пробуждения.

Орущая женщина с кошкой на голове скрылась по другую сторону деревни Растерянный Пломбир виновато поджал хвост: Ну, я - бандит, понятно, а ты - шарпей какой-то?! Здорово ты ей за это рявкнул, силен Твоя Лида - сиамской породы, и красивая, конечно Когда красиво, дорого и престижно! Приятели решили изменить маршрут и навестить бабушку Катю, которая до полудня всегда находилась при огороде или во внутреннем дворике для домашней птицы. Когда они подошли к дому, Дориана поразил новый резкий запах.

Этот запах не внушил ему дикий ужас, но разбудил в нём забытые инстинкты слепого щенка, доверчиво тыкающегося в материнский живот в поисках тепла, ласки, покоя и сладкого молока Ноги у Дориана задрожали и он, в томлении духа, присел на сухой дворовый настил из земли, щипаной травы, сухого куриного помёта и разноцветных невесомых пёрышек, весело перемещающихся по направлению невидимого летнего ветерка.

Дориану на мгновение показалось, что он здесь уже когда-то был: Дориан зажмурился и на мгновение прочувствовал неведомое прошлое: Даже глазок не видать!

Дориан встрепенулся и постарался широко продемонстрировать наличие глаз и розового языка. Над ним склонилась широколицая улыбающаяся старушка в пёстром платке, пёстром фартуке и синем халате поверх пёстрой юбки. Бабушка Катя протянула к Дориану руку с узловатыми пальцами и сильно, но ласково погладила собаку вдоль спины. Дориан опять ощутил невероятный прилив энергии в каждом позвонке! Аромат домашней кухни, исходивший от бабушкиной юбки и сдобренный запечённой озёрной рыбой, привёл его в состояние неистовой влюблённости.

Щенок игриво ткнулся тяжёлым лбом в край бабушкиных суконных ботиков и заливисто растявкался. Чужой собаке - всё готовы отдать: Да у нас свои злодеи и не родились ещё, а чужим до нас не добраться, господи, твоя воля Пока Пломбир восстанавливал душевное равновесие, Дориан наблюдал за дворовым петухом немыслимой в этих краях павлиньей расцветки.

Белые домовитые курочки топтались неподалёку, делая вид, что заняты уборкой территории. Отыскав "жемчужное зерно", петух запрокидывал голову, яростно тряс бордовым гребешком и призывно клекотал через гордо стиснутый в острый замок клюв Через мгновение все курочки, с распахнутыми глазками, топтались возле петуха, старательно изображая удивление Такие лица бывают у детей в старшей группе детского сада, когда к ним приходит давным-давно знакомый Дед Мороз: Курочки благодарно расквохтались, застучали клювиками по утоптанной земле, а петух встряхнулся шёлковым опереньем и сверкнул острым зрачком в сторону Дориана, который расселся на его территории, как беспечный турист в заповеднике для диких зверей.

Петух стремительно взлетел на крышу сараюшки, и оттуда, на всякий случай, громко возмутился. Подружки - курочки тайно хихикнули и опять разбрелись по двору Серая молния ударилась о землю и обернулась перед Дорианом котом Пломбиром, но с уже привычными круглыми щеками.

Петух слетел на ближайший шесток, ощерился перьями, но также стремительно затих и заклекотал в другом углу двора. И только единожды, как бы неудачно развернувшись, Ван Дым продемонстрировал озадаченному Дориану желтый рубец от выклеванного. Бабушка целый месяц его выхаживала травами и приговорами разными. Артём, бабушкин внук, студент, про него в какой-то умной книге прочел и имя ему придумал бойцовское - Ван Дым, но бабушка его зовёт просто Ваней.

Он только её и слушает, а меня, вроде, уважает, но спиной к нему лучше не поворачиваться. Приятели отправились Глаше навстречу, чтобы она обрадовалась от неожиданности.

На полянке возле леса Пломбир заставил Дориана пожевать бабушкиной травки. Дориан сунулся было понюхать муравейник, но Пломбир за ногу его цапнул, а потом показал проросший травой скелетик, объеденный маленькими тружениками.

Дориану, выросшему в уюте мягких диванов, казалось, что мир за пределами ограды и охранников - враждебен и опасен. А сейчас он носился за порхающей между кустами птицей, долго молча наблюдал, как резвятся головастики в ручье, валялся в пыли - и испытывал необъяснимый восторг. Ему нравилась неровная, с гусеницами, жуками и прочими букашками лесная дорога.

Он бросался, почти бесстрашно, на шорох в придорожной траве, и самозабвенно гнал ошалевшую лягушку вдоль колеи, заполненной темной водой и ржавыми сосновыми иглами. Дориан поднимал голову, глубоко вдыхал и чувствовал, как воздух, наполняя его маленькие легкие, проходит сквозь него светящимся столбом в теплую землю. Тело наполнялось мощью и силой, перекатывающей мышцы на его грудной клетке.

С кем-то это она разговаривает? Дориан вышел из-за поворота. Глашу загораживал мужчина, весь в темном, только волосы светлые, но Дориан ясно увидел черный, с размытыми краями пульсирующий контур вокруг его головы. Он сразу почувствовал опасность.

Шерсть на загривке Дориана стала дыбом, голова опустилась, и внутри опять зародился мощный ком воздуха.

Тяжелый угрожающий звук, переходящий в утробное рычанье хорошо был слышан на пустынной дороге. Глаша рванулась, вскочила на велосипед и скрылась за поворотом.

На деревню девушке

Мужчина уставился на Дориана, но очевидно, предпочел не связываться. Развернулся и медленной колючей походкой вошел в лес. Прощание лаша дожидалась своих спасителей на краю деревни, там, где деревенские огороды зарослями полудикой малины, сочной ирги и замшелыми баньками плавно переходили в лесные заросли. Положив велосипед, Глаша опустилась на заросшую аптечной ромашкой межу, чувствуя дрожь в ногах. Никогда она больше не поедет одна на велосипеде ни в село, ни на трассу, где останавливается рейсовый автобус.

Может быть, она преувеличивает, никакой угрозы не было? Но еще раз, вспомнив широкую улыбку, черные провалы очков и сомкнутые пальцы на руке - она почувствовала тот же запредельный ужас. С широко открытыми от возбуждения глазами, на дороге показалась пара четвероногих "страшилок" для маньяков. Пломбир завалился рядом с Глашей на траву, пару раз перевернулся с бока на бок, и победно растянулся на меже.

Даня завертел задом и пристроил километры своих складок Глаше на колени. У Глаши затряслись губы, и она беззвучно заплакала, стараясь не капать слезами на Даню, чтобы не испортить ему настроение. Так они и сидели, молча, вне времени и пространства. Им было просто и хорошо втроем! Солнце начало заваливаться в сторону озера. Глаша шмыгнула носом и засмеялась: Глаша пощекотала Пломбиру живот и погладила за ухом. Это же боевик из деревни Бабино, с секретным донесением на шее.

Дане подули на переносицу, сняли поясок от халата и поцеловали в лоб! Бросит свои темные дела, - пойдет на рынок семечками торговать Пломбир поднялся, потянулся и сел. Даня понял, что и его тоже похвалили, но еще немного полежал на коленях у Глаши, повиливая хвостом.

Уха, мясо в желе и колбаса еще осталась Ты пробовал когда-нибудь уху с мясом в собственном желе? Даня, припоминая многоступенчатый завтрак, встал и лизнул Глашину руку, сообщая о своей готовности. Пломбир затревожился, но, взглянув на объемный пластиковый мешок на багажнике велосипеда, где покоилось мясо в желе, твердо решил, что уж ему то хватит!

Длинноногая девочка Глаша из деревни Бабино, кот Пломбир и шарпей Дориан (для младших школьников)

Глаша села на велосипед, но поехала как можно медленнее, чтобы Пломбир с Даней не отставали и все трое одновременно оказались у порога дома. Въехав на пригорок, с которого были видны окрестности, и дорога, раздваиваясь возле Глашиного дома, снова уходила вверх в разные концы деревни, Глаша притормозила и зажмурилась. Солнце слепило над верхушками сосен, посаженных вокруг участка со стороны озера сразу после войны отцом бабушки Кати.

В деревне тогда считали, - чудит мужик! А отец говорил Кате: Глаша не сразу заметила черный лакированный джип, колоритно вписавшийся в полуденный деревенский пейзаж с козой, копной сена и бабушкой Катей, сидевшей на скамейке под вишней в нарядном клетчатом платке, эстонском фартуке и туфлях-баретках вместо обычных коротких ботиков. Рядом бабушкой, нервно покачиваясь на стройных ногах, стояла молодая женщина такой красоты, шарма и стиля, каких деревня Бабино на своей земле не видела никогда!

Женщина обернулась на застывшую троицу, всплеснула руками и полетела навстречу, прямо через заросший бурьяном ничейный огород. Неловко западая то на одну, то на другую ногу, когда каблуки модельных туфель вонзались в глинистую почву между кочками, она выскочила, наконец, на дорогу и, не доходя немного до растерявшихся путешественников, присела на корточки: Иди к маме, малыш! Мама за тобой приехала! Дориан взвизгнул, припал на передние лапы и бросился, задыхаясь, в протянутые руки, ткнулся мордой в одежду с запахом безмятежного прошлого, согласный умереть тотчас от разрываемого любовью сердца, только бы не разлучаться больше никогда!

Глаша с Пломбиром, деликатно отвернувшись, пошли к дому. Вялыми движениями Глаша убрала в холодильник консервы, поставила на стол зеленку с перекисью. Набрала из ведра колодезной воды и выпила молча, большими глотками почти полный ковш. Пломбир сочувственно путался под ногами. Глаша подошла к зеркалу, увидела в нем загорелую девочку с печальными глазами, сняла бандану, и, согнувшись пополам, обеими руками взбила пряди волос. Выпрямилась, откинула голову и вышла на улицу. Я же говорила тебе, что все будет хорошо!

Меня зовут Наталья Андреевна! У нас с Дорианом вчера поздним вечером произошла ужасная история: В совершенной темноте я ничего не смогла для него сделать, он не отзывался, и мне пришлось уехать в гостиницу. Я начала искать его сегодня, как только рассвело, исколесила все ближайшие деревни. Совсем отчаялась, и, слава богу, встретила Екатерину Михайловну, она меня немного успокоила Он здесь все места по утру обегает, ничего не боится, - бабушка Катя дисциплинированно одернула передник и сложила коричневые ладони ковшичком.

Пломбир взглянул на Дориана, может его хозяйка шутит? Но у Дориана голова была постоянно повернута, независимо от положения туловища, в сторону хозяйки, ему уже было не до Пломбировой родословной. Я сейчас настолько взволнована, была бессонная ночь, впереди у нас с Дориком длинная дорога, - мне трудно выразить ту благодарность, которую я к тебе испытываю, поверь, - в глазах Натальи Андреевны блеснули слезы.

Любовь и голуби

Ему было очень тяжело. Я привезла зеленки, надо его еще намазать, вчера не хватило. Но мы уже скоро поедем, а дома есть ветеринар, он поможет. Пригласи Наташу в дом: Ему в дороге есть нельзя, его укачивает! Воды, пожалуйста, Глаша налей, мне сказали, что вода здесь необыкновенная, - Наталья Андреевна открыла переднюю дверь, зашуршала пакетами и передала Глаше канистру. Глаша вставила в канистру шланг и включила насос Быстро ж, наверное, едет?

Я тебе оставлю свою визитку, там мой домашний и рабочий телефоны. Я должна с тобой обязательно встретиться в Питере. Ты мне позвони, или Глаша зашла в дом, написала номер и опять все проделала автоматически, наблюдая за собой как бы со стороны.

Имя у тебя красивое и фамилия созвучная! Энергетика внутренняя есть, пластика Ты на телевидении была когда-нибудь? Наталья Андреевна извлекла из машины большой красиво упакованный пакет: Извините, можно я эти продукты вам оставлю?

Мне в город их везти бессмысленно, я думала, что еще дня два придется здесь пробыть, а все так прекрасно сложилось! Извините, мне неловко Вас утруждать, просто другого выхода нет Ему казалось, что для него все хорошие слова сегодня уже сказаны. Пломбиру, желудок которого уже голосовал неспешным урчанием, все же было не с руки или не с ноги? Он уселся, чтобы чувствовать под собой край упаковки и продолжил посильное участие в церемонии всеобщего награждения.

Это работа псковской художницы, индивидуальный заказ! Шланг выскочил из канистры, и струя тихо зажурчала, приближаясь расширяющимся фронтом лужи к остолбеневшему Пломбиру. Глаша подхватила шланг и резко опустила его конец в железную бочку. Струя воды, описав дугу, хлестнула по ногам Натальи Андреевны, превратив остатки глины на ее дорогих туфлях в грязные подтеки.

Глаша вспыхнула и виновато передернула плечом: Я принесу Вам полотенце Я все равно их снимаю, в машине с такими каблуками невозможно, ноги устают! Дориан, наконец, увидел, что Пломбир готов погибнуть, не сойдя с личного пакетика, поэтому молча перетащил миску Пломбира на сухое место.

Пакетик фольги, пахнущий так, что у Пломбира, впервые в жизни перед глазами заплясали разноцветные точки, он перенес сам Что могут сказать друг другу девочка, кот и собака?

Дориан попытался повертеть хвостом, звонко тявкнул и потоптался на мокрых Глашиных кроссовках Наталья Андреевна надела ему кожаный ошейник, поцеловала в лоб и подтолкнула к открытой дверце. Дориан запрыгнул в джип, растянулся на знакомом сидении, вдохнул волнительный запах духов.

Непонятная сила заставила его подняться на задние лапы и уставиться в стекло. На поляне перед домом, в заходящих лучах оранжевого солнца, стояла длинноногая девочка Глаша, кот Пломбир и на скамейке под вишней тихо улыбалась бабушка Катя! Горло Дориана напряглось, дрогнуло, и из джипа раздался тонкий, срывающийся на верхних нотах, собачий вой Наталья Андреевна, успокоенная и уставшая, озабоченная предстоящей долгой дорогой, лучезарно всем улыбнулась, махнула рукой и села в машину: Нас папа ждет, - двигатель мягко заурчал, джип протаранил запоздавших, нерасторопных муравьев, вырвался на дорогу, и хозяйка не услышала, как вибрирует в сердце Дориана новая, от нее не зависящая золотая нить памяти Бабушка Катя, перекрестив растерянную морду Дориана в заднем стекле, повернулась к Глаше: Что ж ты так раскисла?

Закрывай избу, пойдем ко мне: Встала-то ни свет, ни заря! Бывало, до часу дня не добудится тебя бабушка Глаша отрешенно подумала, что бабушка Катя права, одной ей в избе ночевать сегодня невозможно: Пломбира покормлю, проверю всё и приду!

Бабушка побрела к дому, а Глаша подошла к Пломбиру, терпеливо дожидающемуся обещанного общего застолья: Хочешь, я угадаю, что тебе подарили? Наверное, мышку в китайском соусе! Не хочешь в соусе? От усиливающегося запаха Пломбир почувствовал дрожь в конечностях, напрягся, и лишь одна мысль не давала постыдно мелочно сорваться: Натуральные котлетки на косточках, специально для тебя приготовленные, без консервантов и искусственных красителей!

Пока Пломбир, приостановив слух и зрение, мощными движениями челюстей расправлялся с невиданным за всю долгую жизнь угощением, Глаша вошла в дом, села за стол, положила подарок и несколько секунд пыталась предположить, что же там может быть?

Развернула бумагу и обмерла: Глаша надела его на левую руку, отвела ее подальше от глаз